Церковные праздники 18 ноября 2018 года

МУЧЕНИКОВ ГАЛАКТИОНА И ЕПИСТИМИИ

Церковь празднует память супругов Галактиона и Епистимии родом из города Эмеса. Пострадали за веру в Христа во времена правления императора Деция и наместника Секунда.

 


Эти святые мученики жили в городе Эмесе около 250 года, во времена правления императора Деция и наместника Секунда. Родители Галактиона, по имени Клитофон и Левкиппа, были бездетны. И хотя они приносили усердные жертвы и молитвы идолам, детей у них не было.

В это время в городе жил инок Онуфрий. Он просил подаяние на улице, но не для собственного пропитания, а чтобы раздавать его бедным, при этом он проповедовал им слово Божие. Как-то он постучался в двери дома Левкиппы. Увидев ее печальное лицо, он спросил о причине горя. Женщина рассказала, что не может иметь детей. Тогда Онуфрий объяснил, что так происходит по мудрому действию Промысла, ибо Бог не допускает, чтобы ее потомство поклонялось идолам. Он посвятил Левкиппу в тайны вероучения и окрестил.

Спустя некоторое время Левкиппа произвела на свет мальчика и обратила супруга в истинную веру, что омыло их от нечестивости. В святом крещении ребенок был наречен Галактионом.

Через некоторое время Левкиппа отошла ко Господу. Когда же Галактион достиг двадцати четырех лет, его отец решил сочетать сына браком с языческой девушкой Епистимией. Галактион повиновался воле родителя, но не прикасался к супруге, не желая осквернять свое крещение союзом с язычницей. Епистимия хотела знать, почему он так поступает, и Галактион рассказал ей о христианстве. Епистимия уверовала, отреклась от многобожия и была крещена самим Галактионом.

Через неделю после крещения во сне ей было видение, из которого она поняла, что тем, кто хранит целомудрие и целиком посвящает себя служению Господу, обещана слава небесная. Она рассказала об этом Галактиону, после чего супруги приняли решение хранить целомудрие до конца дней.

Они раздали свое имущество бедным, чтобы обрести нескончаемое богатство на небесах, и отправились в Синайскую пустыню. Придя в место, называемое Пуплион, они встретили двенадцать монахов, которые приняли к себе Галактиона, а Епистимию отправили подвизаться в недалекую пустынь к четырем инокиням-постницам. Галактион соблюдал строгий пост, посвящая ночи молитвенным бдениям и избегая всяческой суеты. Так вскоре он достиг высот добродетели.

Через шесть лет по бесовскому наущению тиран начал жестокие гонения на христиан, укрывавшихся в пустынях. Когда отряд воинов подошел к тому месту, где подвизался Галактион, Епистимии было видение о том, что мученикам уготовано Царство Небесное и что она призвана разделить мученическую участь с Галактионом. Настоятельница благословила ее отправиться к Галактиону и пострадать за Христа с тем, кто был ее наставником в вере и спутником на тернистом пути.

Вместе они предстали перед правителем Урсом. Презирая угрозы, святые бесстрашно исповедали веру в истинного Господа и Спасителя и были подвергнуты страшным мучениям. Палачи жестоко их избили, потом вывели обнаженную Епистимию на осмеяние толпе, затем под ногти им загнали заостренные стебли камыша, отрубили ступни и кисти рук. После этого целомудренные супруги были обезглавлены.

Так, отказавшись в тленной жизни объединиться плотью, они навечно соединились в Господе.

ДЕНЬ ИОНЫ

 

Те тринадцать лет, которые святитель Иона был архиепископом Новгородским, стали последним в истории этой республики периодом, когда ей управлял всенародно выбранный православный архипастырь.

Жизнь Господина Великого Новгорода порой представляется воплощенной идиллией: весь город — одна церковная община, все горожане — братья и сестры во Христе, вся жизнь проникнута духом православия, все живут по заповедям, решают все сообща на вече, где Vox populi, vox Dei. И все их успехи — милость Божия, а неудачи и бедствия — вразумление и наказание за грехи. И в бой с захватчиками они идут с кличем «Умрем за Святую Софию!» И на поле брани умирают не за какие-то там общественно-государственные институты, а за Божию правду.

А между тем в этой республике почти сто лет шла чуть ли не гражданская война – только в начале XV века в городе произошло более 20 кровавых столкновений.

Да и предшественники Ионы на Новгородской кафедре далеко не всегда оказывались на высоте. Когда архиерея не рукополагают, а просто выбирают из тех, кто под рукой, и выбранный не порывает с миром, а продолжает заниматься прежними делами, когда монахи вместо того, чтобы отойти от мирской суеты и молиться оказываются в самой гуще городской жизни да еще вовсю занимаются торговлей, не брезгуя и ростовщичеством, когда духовенство готово терпеливо прощать своей пастве любые отступления от православных канонов, потому что и само по ним не живет, трудно ожидать от него истинного духовного руководства.

В этих условиях избрание на Новгородскую кафедру в 1458 году игумена Отенской пустыни Ионы кажется настоящим чудом. Это был совершенно иной человек — истинный инок. Большая часть его жизни прошла в монастыре в 50 верстах от Новгорода. По духу близкий Московскому митрополиту Ионе он, став архиепископом, сделал все возможное, чтобы сохранить мир с Москвой, что было совсем не просто, поскольку новгородское боярство своими интригами и тайными переговорами с польским королем и великим князем литовским  Казимиром то и дело ставило хрупким мир с Москвой под угрозу.

Святитель Иона выдал основателю Соловецкого монастыря Зосиме благословенную грамоту, отдав новой обители весь Соловецкий остров. А Марфа Посадница, вдова посадника Исаакия Борецкого, возглавившая пролитовскую боярскую партию, чуть не взашей выгнала преподобного Зосиму, приехавшего в Новгород искать защиты от боярских людей, не дававших монахам ловить рыбу в озерах и грозивших вообще разорить монастырь, а братию разогнать.

А не успел святитель Иона в 1470 году скончаться, как в Новгород немедленно прибыл посланец польского короля и великого князя литовского Казимира IV, и кандидат на должность архиепископа отправился за благословением не в Москву, а в Киев. Бояре «литовской партии» уже строили планы женитьбы киевского князя Михаила из обрусевших потомков литовского князя Гедимина на Марфе Борецкой и вхождения Новгорода в Великое княжество Литовское. И это всего через каких-то двадцать лет после того как в Москве отвергли Флорентийскую унию, низложили поставленного Константинопольским патриархом митрополита Исидора и собором русских епископов впервые без участия Константинополя избрали Московского митрополита.

Кончилось все тем, что действия новгородцев были объявлены изменой делу православия: в условиях незавершенного объединения, когда единство русских поддерживалось именно приверженностью одной вере, великий князь Московский пытался воздействовать на новгородцев через митрополита Московского, увещавшего Новгород, «отпавший от истинной веры». А когда это не подействовало, судьба города была предрешена.

Святителя же Иону меньше чем через сто лет после его кончины на Макарьевском соборе 1549 года причислили к лику святых.

СВЯТИТЕЛЯ ТИХОНА (БЕЛАВИНА), ПАТРИАРХА МОСКОВСКОГО И ВСЕЯ РОССИИ

Церковь чтит память святого Тихона (1865-1925 гг.). Имя при рождении – Василий Иванович Белавин. С 1917 по 1925 гг. – Патриарх Московский и всея России. К лику святых причислен в 1989 году.

 

Василий Иванович Белавин (будущий Патриарх Московский и всея Руси) родился 19 января 1865 года в селе Клин Торопецкого уезда Псковской губернии, в благочестивой семье священника с патриархальным укладом. Дети помогали родителям по хозяйству, ходили за скотиной, все умели делать своими руками.

В девять лет Василий поступает в Торопецкое Духовное училище, а в 1878 году, по окончании, покидает родительский дом, чтобы продолжить образование в Псковской семинарии. Василий был доброго нрава, скромный и приветливый, учеба давалась ему легко, и он с радостью помогал однокурсникам, которые прозвали его «архиереем». Закончив семинарию одним из лучших учеников, Василий успешно сдал экзамены в Петербургскую Духовную академию в 1884 году. И новое уважительное прозвище — Патриарх, полученное им от академических друзей и оказавшееся провидческим, говорит об образе его жизни в то время.

В 1888 году закончив академию 23-летним кандидатом богословия, он возвращается в Псков и три года преподает в родной семинарии. В 26 лет, после серьезных раздумий, он делает первый свой шаг за Господом на крест, преклонив волю под три высоких монашеских обета — девства, нищеты и послушания. 14 декабря 1891 года он принимает постриг с именем Тихон, в честь святителя Тихона Задонского, на следующий день его рукополагают в иеродиакона, и вскоре — в иеромонаха.

В 1892 году о. Тихона переводят инспектором в Холмскую Духовную семинарию, где скоро он становится ректором в сане архимандрита. А 19 октября 1899 года в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры состоялась хиротония его во епископа Люблинского с назначением викарием Холмско-Варшавской епархии. Только год пробыл святитель Тихон на своей первой кафедре, но когда пришел указ о его переводе, город наполнился плачем — плакали православные, плакали униаты и католики, которых тоже было много на Холмщине.

Город собрался на вокзал провожать так мало у них послужившего, но так много ими возлюбленного архипастыря. Народ силой пытался удержать отъезжающего владыку, сняв поездную обслугу, а многие и просто легли на полотно железной дороги, не давая возможности увезти от них драгоценную жемчужину — православного архиерея. И только сердечное обращение самого владыки успокоило народ. И такие проводы окружали святителя всю его жизнь.

Плакала православная Америка, где и поныне его именуют Апостолом Православия, где он в течение семи лет мудро руководил паствой: преодолевая тысячи миль, посещал труднодоступные и отдаленные приходы, помогал обустраивать их духовную жизнь, возводил новые храмы, среди которых — величественный Свято-Никольский собор в Нью-Йорке. Его паства в Америке возросла до четырехсот тысяч: русские и сербы, греки и арабы, обращенные из униатства словаки и русины, коренные жители — креолы, индейцы, алеуты и эскимосы.

Возглавляя в течение семи лет древнюю Ярославскую кафедру, по возвращении из Америки, святитель Тихон верхом на лошади, пешком или на лодке добирался в глухие села, посещал монастыри и уездные города, приводил церковную жизнь в состояние духовной сплоченности. С 1914 года по 1917 год он управляет Виленской и Литовской кафедрой. В Первую мировую войну, когда немцы были уже под стенами Вильно, он вывозит в Москву мощи Виленских мучеников, другие святыни и, возвратившись в еще не занятые врагом земли, служит в переполненных храмах, обходит лазареты, благословляет и напутствует уходящие защищать Отечество войска.

Незадолго до своей кончины святой Иоанн Кронштадтский в одной из бесед со святителем Тихоном сказал ему: «Теперь, Владыко, садитесь Вы на мое место, а я пойду отдохну». Спустя несколько лет пророчество старца сбылось, когда митрополит Московский Тихон жребием был избран Патриархом. В России было смутное время, и на открывшемся 15 августа 1917 года Соборе Русской Православной Церкви был поднят вопрос о восстановлении патриаршества на Руси. Мнение народа на нем выразили крестьяне:

«У нас больше нет Царя, нет отца, которого мы любили; Синод любить невозможно, а потому мы, крестьяне, хотим Патриарха».

Время было такое, когда все и всех охватила тревога за будущее, когда ожила и разрасталась злоба и смертельный голод заглянул в лицо трудовому люду, страх перед грабежом и насилием проник в дома и храмы. Предчувствие всеобщего надвигающегося хаоса и царства антихриста объяло Русь. И под гром орудий, под стрекот пулеметов поставляется Божией рукой на Патриарший престол Первосвятитель Тихон, чтобы взойти на свою Голгофу и стать святым Патриархом-мучеником. Он горел в огне духовной муки ежечасно и терзался вопросами: «Доколе можно уступать безбожной власти?» Где грань, когда благо Церкви он обязан поставить выше благополучия своего народа, выше человеческой жизни, притом не своей, но жизни верных ему православных чад. О своей жизни, о своем будущем он уже совсем не думал. Он сам был готов на гибель ежедневно.

«Пусть имя мое погибнет в истории, только бы Церкви была польза», — говорил он, идя вослед за своим Божественным Учителем до конца.

Как слезно плачет новый Патриарх пред Господом за свой народ, Церковь Божию:

«Господи, сыны Российские оставили Завет Твой, разрушили жертвенники Твои, стреляли по храмовым и Кремлевским святыням, избивали священников Твоих…»

Он призывает русских людей очистить сердца покаянием и молитвой, воскресить «в годину Великого посещения Божия в нынешнем подвиге православного русского народа светлые незабвенные дела благочестивых предков». Для подъема в народе религиозного чувства по его благословению устраивались грандиозные крестные ходы, в которых неизменно принимал участие Святейший. Безбоязненно служил он в храмах Москвы, Петрограда, Ярославля и других городов, укрепляя духовную паству.

Когда под предлогом помощи голодающим была предпринята попытка разгрома Церкви, Патриарх Тихон, благословив жертвовать церковные ценности, выступил против посягательств на святыни и народное достояние. В результате он был арестован и с 16 мая 1922 года по июнь 1923 года находился в заточении. Власти не сломили святителя и были вынуждены выпустить его, однако стали следить за каждым его шагом. 12 июня 1919 года и 9 декабря 1923 года были предприняты попытки убийства, при втором покушении мученически погиб келейник Святейшего Яков Полозов.

Несмотря на гонения, святитель Тихон продолжал принимать народ в Донском монастыре, где он уединенно жил, и люди шли нескончаемым потоком, приезжая часто издалека или пешком преодолевая тысячи верст. Последний мучительный год своей жизни он, преследуемый и больной, неизменно служил по воскресным и праздничным дням. 23 марта 1925 года он совершил последнюю Божественную литургию в церкви Большого Вознесения, а в праздник Благовещения Пресвятой Богородицы почил о Господе с молитвой на устах.

Прославление святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси, произошло на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 9 октября 1989 года, в день преставления Апостола Иоанна Богослова, и многие видят в этом Промысл Божий.



Прочитали ? Поделитесь с друзьями. Спасибо!

Добавить комментарий